www.Nedelia.lt
Главная страница - новостей в Литве » В Литве » «Мама, а мы умрем?»: какой войну видят дети из Украины, переехавшие в Литву
Главная страница - новостей в Литве » В Литве » «Мама, а мы умрем?»: какой войну видят дети из Украины, переехавшие в Литву

    «Мама, а мы умрем?»: какой войну видят дети из Украины, переехавшие в Литву

    • Нравится
    • 0

    «Мама, а мы умрем?»: какой войну видят дети из Украины, переехавшие в Литву


    С начала войны тысячи украинских детей остались без родителей, сотни — погибли или были ранены, а некоторые побывали в плену. Дети, которым удалось выехать из Украины в Литву после начала боевых действий, рассказали, как пытались вступить в тероборону, хотели поменяться местами с теми, кому грозил расстрел, и прятались в подвалах во время воздушной тревоги.

    Об этом пишет Новая газета. Балтия.

    Имена героев изменены.

    «Вставай, началась война»

    «Накануне мать разрешила мне не идти в школу. И вот в четверг она меня будит рано утром, я говорю ей: «Закрой дверь, ты мне разрешила никуда не идти сегодня». А она отвечает: «Вставай, в четыре утра началась война», — вспоминает 13-летняя Саша из Харькова. Поверить в то, что это правда, удалось не сразу, а где-то через пару часов, рассказывает она.

    «До войны все мои друзья паниковали, говорили: «Начнется война, уже сирены тестировали!». А я сидела и говорила, что это бред. Он что, дебил, войну начинать? Оказалось, да», — говорит Саша.

    «В пять утра мама проснулась из-за взрывов, а я — из-за сигнализаций на машинах», — рассказывает 14-летняя Катя из Борисполя. «Мне начало приходить очень много сообщений на телефон. Мы вышли в подъезд, все соседи выглянули из квартир и поняли, что началась война», — вспоминает она. В тот же день ее семья стала собирать сумки, аптечку и обустраивать подвал.

    15-летний Коля из Днепра 24 февраля проснулся примерно в 6:00 и планировал собираться в школу. «Первое, что я услышал, было — «Доброе утро, началась война». Первое, что я подумал, это был мат, я не знал, куда мне себя деть — все пытался понять, правда это или нет. Я посмотрел на своего дядю. Такое выражение лица у него я увидел в первый раз. Это было недопонимание и растерянность. Я не верил. Мы раньше говорили с моим друзьями о войне, и я был уверен, что они не настолько идиоты», — говорит он.

    Ночи в подвалах

    В первый же день семья 15-летнего Паши из города Черкассы — он, его брат, мама и бабушка — уехала из города в село по направлению на Харьков. Когда раздавалась тревога, они ехали в подвал к тете Паши, который использовали как бомбоубежище, — это был крепкий подвал из бетонных плит.

    «Мы ездили и среди ночи: мама просыпалась от сирены и будила нас, как-то мы поехали в убежище в три утра», — вспоминает он. «Мой младший брат собирал для всей семьи тревожные чемоданчики с документами и медикаментами. Мама рассказывала, что он ночью просыпался, плакал и кричал. Мы решили уехать, потому что он очень паниковал», — вспоминает подросток.

    Его младший брат переживал и задавал вопросы: «Мама, а что будет, если ракета?», «Мама, а мы умрем?», «Мама, мне страшно».

    Саша из Харькова и ее близкие 24 февраля тоже уехали из своей квартиры — они переехали к семье ее друга, у которой были запасы еды и подвал, где можно было укрыться, если понадобится. «Мы во что-то играли вместе, а, когда прилетало, мать друга сгоняла нас всех в коридор за стену. Первые дня три было страшно, а потом как-то уже нормально, эти недели прошли не так сложно», — вспоминает она.

    Никто за всю историю Украины не смог так сильно объединить всех украинцев, как Россия сейчас, говорит Коля. «Когда началась война, у нас в городе бездомные собирали бутылки на коктейли Молотова. Ты идешь по улице и понимаешь, что каждый, кого ты встречаешь, готов тебе помочь чем угодно», — рассказывает он. Подросток вспоминает, что в Днепре «все началось» примерно в начале марта — в 4-5 утра как по расписанию срабатывала тревога.

    «Мы сидели в коридоре. Мы навсегда запомнили правило двух стен (самым безопасным местом при бомбардировке считается комната без окон, которая находится через две стены от улицы — прим. редакции) и заклеили скотчем окна и стеклянные двери, чтобы при взрыве все не разлетелось», — рассказывает Коля.

    Семья Кати и все соседи с 24 февраля ночевали только в подвале своего двухэтажного дома. Он не был приспособлен для того, чтобы служить убежищем, но все равно казался более безопасным местом. Как только начинало темнеть, жители выключали весь свет и спускались в подвал.

    «Мы принесли матрасы, поубирали немножко. Все стали приносить туда еду. Все друг другу помогали, мои мама с тетей готовили на всех», — вспоминает Катя. Она рассказывает, что местные жители поснимали с домов все таблички с адресами, чтобы чужакам было сложнее ориентироваться в городе.

    «Боялась, что больше никогда не вернусь»

    Катя не ожидала, что уедет, и очень не хотела этого. Девушка плакала, покидая Борисполь с мамой и тетей в свой день рождения — 4 марта. Она рассказывает, что из ее соседей уехали немногие: у кого-то не было возможности уехать, кто-то не хотел оставлять близких, и никто не хотел оставлять свои дома. «Меня это тоже очень сильно пугало — оставить свой дом, где я прожила всю жизнь. Меня пугало, что с ним может что-то произойти, и я боялась, что больше никогда не вернусь туда. И что, если что-то случится с моими знакомыми, друзьями, соседями, я буду винить себя. Я думала, что, может быть, если бы я осталась, то расстреляли бы меня, а не кого-то другого», — говорит 14-летняя Катя. В ответ на вопрос, устроил ли бы ее такой вариант, она кивает.

    Уезжать не хотела и Саша, которой в начале войны казалось, что все закончится быстро.

    «Я боялась, что мы еще долго после войны не вернемся в Харьков. Мне казалось, что лучше заранее остаться там, чтобы к тому моменту, как все закончится, уже быть дома. Тогда мне казалось, что это все несерьезно — полетает и пройдет. Сейчас я понимаю, что прилететь может куда угодно. Сейчас мне реально страшно за мой город, за мой дом, за друзей», — говорит она.

    Коля после начала войны тоже не собирался никуда уезжать: в его планах было вступить в тероборону.

    «Мне 15 лет, в тероборону меня, естественно, никто не брал. Очень много парней моего возраста всеми силами пытались туда пробиться. И я тоже. И хотел найти какой-то способ, сказал об этом своему опекуну. На следующий день он сказал, что мы едем в Литву», — говорит подросток.

    Он рассказал, что, если бы удалось остаться, то стал бы волонтером, а, если бы чужие войска пришли в город, то взял бы в руки оружие. «До войны я говорил, что найду любые способы не пойти в армию. А потом я понял, что хочу взять автомат в руки и пойти воевать. На твою страну напали, убивают твоих братьев и сестер. Что ты захочешь сделать в такой ситуации? Захочешь убежать? Сдаться? Нет. Ты захочешь взять в руки оружие и, если и умереть, то с гордостью, с пониманием того, что ты поможешь, и эта жертва будет ненапрасной», — объяснил Коля.

    Он отправился в Вильнюс в середине марта с женой своего дяди, который назначен его опекуном, двумя двоюродными сестрами и котом-сфинксом.

    «Кот перенес дорогу очень трудно, он кот-интроверт, ему не очень нравится путешествовать», — рассказал Коля. Они добирались из Днепра на одном из эвакуационных поездов примерно трое суток. «Был очень страшный момент, когда мы ехали мимо Киева: погасло все электричество, и мы услышали воздушную тревогу. Нам сказали выключить весь свет, мы остановились на станции, забрали людей, поехали дальше. Снова услышали тревогу, но уже где-то подальше. Было очень страшно думать о том, что попадет куда-то в вагон», — вспоминает Коля.

    Он рассказал, что примерно неделю после того, как уехал из Украины, ощущал себя ужасно. «Я понимал, что, пока я сижу под теплым одеялом, такой же парень, как и я, в Херсоне, Харькове или Мариуполе сейчас сидит грязный, может, в окопе, может, под развалинами, и молится о своей жизни. Это было очень трудно перенести», — вспоминает он. Коля стал волонтером в Вильнюсе, где помогает беженцам из Украины. «Для украинцев, таких подростков, как я, это как очищение совести, потому что ты уехал из страны в столь тяжелое время. Чтобы не чувствовать себя редкостной мразью, я помогаю своему народу, своим людям. Сейчас я понимаю, что я полезен и здесь», — говорит подросток.

    «Мерзко, что люди такое делают»

    «Я никогда не видел войну, не знал, что это такое. И не думал, что это так страшно. Но это до безумия страшно. И мерзко. Тебя просто тошнит от того, что делают эти люди. Мерзко осознавать, что это люди такое делают. Стоит только вспомнить Мариуполь, Бучу, Херсон, Азовсталь», — говорит Коля.

    Катя рассказала, что до 24 февраля думала, что война — это «когда танки ездят по головам, разрушают дома». «Теперь я знаю, что так и есть. Я не видела этого своими глазами, но слышала взрывы, смотрела фотки и читала новости. Было страшно. Страшнее, чем об этом пишут в учебниках», — говорит девушка.

    Паша считает, что до сих пор не видит полную картину войны, не осознает, «насколько это все ужасно». «В моем представлении было так, что война — это когда вся страна в таком же состоянии, как Мариуполь, Харьков. В моем представлении это было в разы страшнее. Я думал, что все будет в руинах и ничего, кроме этого», — вспоминает он.

    Подростки рассказали, что в Украине у них остались близкие, за которых они очень переживают. Папа Кати продолжает работать, как и до войны, отец Саши — волонтер, который привозит гуманитарную помощь. Опекун Коли защищает страну в рядах теробороны, как и отец Паши, который вступил в тероборону в начале войны.

    Созвон с близкими стал семейной традицией, рассказывают дети. Они стараются созваниваться с отцами каждый день. Коля говорит, что, так как его опекун в теробороне, созваниваться с ним удается только когда он приезжает домой — примерно раз в две-три недели. «Тогда мы с ним созваниваемся по видео. Мы все садимся — он там, а мы — тут», — говорит Коля. Он не поддерживает связь с родителями — их лишили родительских прав.

    Адекватным россиянам пожму руку

    «Я не до конца понимаю мотивы РФ, если честно», — говорит Коля. «До войны я нормально относился к адекватным русским, которые понимают, что война — это плохо, что конфликт на Донбассе начала не Украина, что это захват территорий. После войны я начал ненавидеть всех русских, которые живут в России. На их налоги покупается оружие, пули, снаряды, которые потом летят в мою страну. Их деньги тратятся на войну», — пояснил подросток.

    Коля добавляет, что не имеет ничего против русских, которые сейчас не в России и пытаются чем-то помочь украинцам. «У меня нет к ним никаких претензий. Наоборот я готов пожать им руку», — заявил Коля.

    «Раньше я никогда не говорил про Украину отдельно, я говорил про СНГ. Я очень часто смешивал понятия русских и украинцев. А сейчас для меня Украина — это мы, не СНГ. У меня появилось ощущение, что люди из моей страны стали мне роднее, что мы как-то сплотились. Раньше, наверно, для этого не было повода», — рассказал Паша. Он добавил, что к русским, которые адекватно оценивают ситуацию, относится нормально и понимает, что «никто ничего не говорит из-за банального страха».

    У Саши же никогда не было ощущения, что русские — близкие украинцам люди. До войны она считала, что россияне в основном «нормальные», но понимала, что есть и «вот эти, которые за Путина».

    «К Путину у меня было сразу негативное отношение, но мне нравились люди в России. Мне очень нравился Питер. Мне очень хотелось туда поехать», — вспоминает девушка. Она рассказала, что Петербург ей близок еще и из-за Достоевского, ее любимого фильма «Майор Гром: Чумной Доктор», который снимался там, кроме того, в Петербурге живет ее любимый исполнитель — «Радиопомехи».

    «Русское правительство, русская пропаганда часто говорила, что украинцы и русские братья. У меня нет ощущения, что мы родственные нации», — говорит Коля.

    Катя рассказала, что до войны относилась ко всем русским людям нейтрально — к некоторым хорошо, к некоторым плохо — «как и ко всем». «А сейчас мне попадается очень мало адекватных русских людей. Я бы хотела призвать русских выходить на улицы против войны. С одной стороны я понимаю, что, если выйдет не так много людей, как выходило на майдан, то их просто побьют и посадят. Но мне кажется странным, что люди не выходят против войны», — говорит она.

    «Я не понимаю, почему русские, которые живут в России, прячутся по домам, а не выходят на улицы и не делают того, что должны делать. Если вы не хотите жить как в Советском союзе, как в Северной Корее — под закрытым куполом, так сделайте что-то. Само собой все не рассосется», — призывает Коля.

    «Есть ли шанс, что прощу? Россию — нет. Может быть, прощу русских, если включатся. Но для этого они должны что-то сделать. Я не видел, чтобы выходили на массовый митинг, сжигали шины, кидали коктейли Молотова в военных, как это было у нас в 2014 году. Я хочу, чтобы русские сделали то же самое», — говорит он.

    «У меня там полжизни»

    Все подростки рассказали, что очень скучают по Украине и хотят вернуться при первой же возможности.

    Коля больше не думает о том, чтобы пойти в тероборону, и собирается поступить в училище, где будет учиться поварскому делу, а после планирует получить высшее образование и стать психологом.

    «От одного очень хорошего человека я услышал, что психолог — это человек, у которого есть проблемы. Он пытается с ними справиться и одновременно помогает справиться с проблемами другим», — рассказал подросток. Он говорит, что у него уже есть некоторый опыт психологической помощи людям.

    «Самый трудный клиент — это мой отец. Я так и не смог ему помочь. У него было две контузии, он воевал в АТО с 2015 по 2018 год, попал в плен, потом был развод с женой. Он очень трудно все это пережил, и я не смог ему помочь», — рассказал Коля. На вопрос, есть ли шанс, что его отношения с родителями восстановятся, он ответил коротко: «Нет». Коля не смог вернуться в Днепр и остался в школе в Литве, но позже все равно планирует учиться на повара.

    Саша рассказала, что любит рисовать — в основном портреты, но иногда и абстракцию. При этом она планирует после девятого класса поступить в медицинский колледж и потом продолжить обучение в институте, чтобы стать патологоанатомом или хирургом.

    «Меня пугает тот факт, что мне придется по первому звонку ехать на работу, отменять все свои дела, но мне это интересно. Ну, либо я продолжу рисовать и буду рисовать на заказ», — говорит она. Саша собирается вернуться домой сразу же, как только появится такая возможность — когда закончится война.

    «Когда приеду, я, наверно, буду просто сидеть в своей комнате. Я так скучаю по ней. И по своему папе. И по своим котам. Наверно, буду помогать папе с волонтерством. Больше всего из того, что есть в моей комнате, мне не хватает компа. У меня там полжизни», — говорит она.

    Паша поделился, что пока не строит планов на будущее — «главное, чтобы все закончилось, а все остальное потом».

    «Из Украины я ни в коем случае уезжать не хочу. Это 100%. У меня есть свое хобби — электронная музыка — и я бы очень хотел, чтобы с ним все получилось. Я хочу делать аранжировки», — рассказал подросток. Он говорит, что сейчас у него нет настроения что-то писать, но, когда он был в родных Черкассах, то мог написать по 10 треков за день.

    «Сейчас, дай бог, один. После начала войны я перестал писать. Я уверен, что мне очень поможет, когда я вернусь домой. У меня дома есть хорошие колонки, и настроение там совсем другое. Если придется переехать в бомбоубежище, я возьму это все с собой и продолжу писать там», — планирует Паша. Он рассказал, что очень соскучился по папе и друзьям, и в сентябре в его школе должны были начаться занятия.

    «В подвале школы у нас бомбоубежище, и поэтому мы сможем учиться. Если мне придется даже жить в бомбоубежище, то я готов», — говорит молодой человек.

    Позже семья Паши уехала в Украину, но выяснилось, что школа в селе, где планировалось жить, не приспособлена для того, чтобы защитить детей в случае необходимости, поэтому все обучение перевели в онлайн-режим. Из-за этого семья решила вернуться в Литву, чтобы дети могли учиться офлайн.

    Катя рассказала, что не знает, чем будет заниматься, когда вернется домой, и планов на дальнейшую жизнь у нее нет. Ее мама говорила, что вряд ли разрешит ей гулять, потому что это опасно. «В любой момент может что-то прилететь, и я буду не дома, а где-то на улице. Ей страшно. Я ее понимаю, потому что это и правда страшно», — предположила девушка.

    Позже Катя вернулась в родной город и рассказала, что все же выходит гулять почти каждый день, но не уезжает далеко от дома. Теперь девушка скучает по друзьям, которые у нее появились за пределами Украины, но говорит, что была очень рада вернуться домой, встретиться с близкими и кошками.

    Автор - Марина Дульнева, журналист.
    Источник: Новая газета. Балтия

    Митинг в поддержку Украины в Вильнюсе. Фото: BNS.


    Другие новости по теме

    Добавить комментарий

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.



В Литве 2023/01/30
30 январь

Самые гостеприимные города мира. Кто попал в десятку?

Среди самых гостеприимных городов в мире - литовская Клайпеда

Подробнее
30 январь

Правительство выделило 203 тыс. евро на деятельность Горячей линии в первом квартале

В Министерстве здравоохранения подсчитали, что средств потребуется больше - 245 820 евро, из них почти 190 тыс. евро на заработную плату операторов линии.

Подробнее

Вопрос-ответ
30 январь

Госсекретарь США Энтони Блинкен: США не исключают военных действий против

Правительство США не исключает военных действий, чтобы предотвратить приобретение ядерного оружия...

29 январь

Новоизбранный президент Чехии подтвердил планы посетить Украину

Новоизбранный президент Чехии Петр Павел и его словацкая коллега Зузана Чапутова планируют прибыть...

29 январь

«Алкоголь вреден в любых дозах»: в Канаде новые (намного более строгие)

В Канаде ученые выпустили обновленные рекомендации относительно употребления алкоголя, где...

23 январь

Раз – и свернул

Рулет с лососем, картофельный рулет с грибами, печеночный рулет, рулет из курицы и яиц, рулет из...

16 январь

Гранат – зернистый плод

Салат из помидоров с гранатом, закуска из блинчиков, говяжья печень в гранатовом соусе, курица в...

09 январь

Праздничная утка

Салат с утиной грудкой, утка в азиатском стиле, утка с яблоками, запеченная утка с капустой,...

Интересные новости
"Экспресс-неделя" №04 (2023)
Поиск по сайту
Фото новости
Новые статьи
30 январь Самые гостеприимные города мира. Кто попал в десятку?

30 январь Правительство выделило 203 тыс. евро на деятельность Горячей линии в первом квартале этого года

29 январь Отток мигрантов из Литвы продолжается: в местах размещения осталось около 190 человек

Мы в Facebook
Последние публикации

Анекдоты
  1. Покупатель в книжном:
    - Неужели вы думаете, что детектив с названием "Парикмахер-убийца" будет кому-то интересно читать, если все ясно уже по названию?
    Продавец, раскрыв книгу, читает аннотацию:
    - На всемирном съезде собралось 2 тысячи парикмахеров…
  2. Один человек отсылает своему другу смс:
    - Что трубку не берешь?
    Ему в ответном смс приходит:
    - Я телефон дома забыл.
  3. - Где работает твой отец?
    - В банке.
    - Давно?
    - Только сегодня ночью.
  4. - Где лучше всего смотреть кино - дома или в кинотеатре?
    - Конечно в кинотеатре, там и целоваться можно!
    - Так и дома можно целоваться.
    - Дома нельзя, дома жена!
  5. Очень толстый человек встречается на улице с очень худым человеком.
    Толстый говорит худому:
    - Глядя на тебя, мне кажется, что еды в мире совсем нет!
    Худой говорит толстому:
    - Глядя на тебя, я понимаю, почему!

Гороскоп на неделю
Популярные новости
Для пользователя