Алла Дудаева очень хотела бы иметь литовское гражданство, но…

- Алла, вас послушаешь, так кажется, что нет у вас совершенно никакой личной жизни, что вы совсем не думаете о личном счастье, а безоговорочно отданы делам Чечни. Но ведь это продолжается много лет. А не возникало ли у вас желания подумать о себе и пожить в свое удовольствие?

- Вся моя личная жизнь – это общественная жизнь. Я не могу быть счастливой, зная, как мучается чеченский народ. Чувствовать себя счастливой было бы грех перед ними, перед памятью Джохара. Сейчас я себя чувствую как мать, которая оставила своих детей и знает, как они мучаются. Джохар был для чеченцев как отец, а меня, русскую женщину они называли иногда матерью. Несколько лет назад я принимала участие вместе с чеченцами в одной международной конференции, где присутствовали делегации из многих стран. Когда в регистратуре меня спросили, какую организацию я представляю, я ответила, что я вдова Дж.Дудаева. Меня не хотели пропускать, тогда чеченцы стали упрашивать организаторов, они сказали, что я являюсь представителем всего их народа. Было так смешно, когда моего же возраста мужчина объяснял: «Она – наша мать». И меня пропустили.

- И вас до сих пор удовлетворяет эта роль чеченской матери?

- Я чувствую бесконечную любовь и только материнскую любовь к людям Чечни, к детям. Вместо любви Джохара я получила любовь всего чеченского народа. Но одновременно с ней и заботу. Заботу обо всех их. Меня там все знают, и я их всех знаю. Когда я молюсь, называю погибших чеченских детей по именам. Я боюсь оставить этот мир детям таким, каким он сейчас является. Я знаю, как начинается война, и знаю, что мир стоит у порога третьей мировой войны. Вы даже не представляете, что вы - цветы, растущие на самом краю бездны.

- Вас никогда не оставляют мысли о войне и ее ужасах?

- Как я могу это забыть, если на Кавказе война продолжается до сих пор? В горах не прекращаются столкновения. Российское правительство уверяет, что там спокойно, но это не так. Недавно, 21 апреля, в день смерти Дж.Дудаева, в память о нем повстанцы заняли пять сел – те, в которых мы с Джохаром жили, сдерживали линию фронта.

- Вы опять говорите о войне. Неужели не остается места для каких-то других мыслей, других проблем и желаний?

- Я хочу мира. Поэтому я придумала проект «Союз городов мира». Воплотить его – моя мечта. Суть проекта очень проста: женщины не должны посылать своих сыновей на войну. Каждый город имеет право не отдавать своих подросших детей воевать. Другое дело, когда им надо защищать родину. Они должны это делать, так как родина – это мать. Если мы сами не отдадим своих детей на войну, то кто будет воевать? Некому будет сталкиваться лбами. Наши дети должны иметь право на жизнь.

- Вы живете вместе с двумя сыновьями в Литве. Чувствуете ли вы себя здесь в безопасности?

- Мой старший сын живет в Литве уже давно, у него литовское гражданство. Мы с младшим сыном приехали к нему в 2006 году. Живем все вместе в четырехкомнатной квартире – семья старшего сына из пяти человек и мы вдвоем с младшим сыном. Семья дочери осталась в Турции, где и я раньше жила.

Да, в Литве мы себя чувствуем в безопасности, но литовцы не должны расслабляться. Когда я приехала в Литву и не знала, где находится площадь Дж.Дудаева, я вызвала такси и попросила меня отвезти туда. Водитель такси, оказывается, тоже не знал, где она находится. Тогда я объяснила, что где-то недалеко от Посольства России в Литве. Мы отправились туда, я начала с ним говорить о борьбе чеченцев за свободу и напомнила, что и литовцы когда-то прошли через это и боролись за свою независимость. А он мне вдруг отрезал: «Были какие-то дураки, сами лезли под танки». А увидев на площади памятник Дж.Дудаеву, таксист сказал: «Здесь не хватает только российского флага и нашего «спецназа». С того времени я избегаю водителей такси.